repead.ru 1

Три дня в белокаменной сказке

Что такое сессия знает каждый студент. Что такое сессия в Вышке прекрасно знают чуть меньше 1500 преподавателей и примерно 16000 студентов, не исключая (увы!) и первокурсников факультета истории. Это бессонные ночи, трясущиеся руки и оценки в баллах даже за зачет. Сессия ужасна и неотвратима, уже за две недели до неё голова отказывается думать о чем либо, кроме грозящей беды. Но, как оказалось, на свете нет ничего невозможного: больше полугода под именем преподавателей на факультете истории скрывались два волшебника, которые в конце третьего модуля вдруг сотворили чудо (как завещал капитан Грей «своими руками»). На целых три дня они сумели вырвать своих студентов из серых будней и перенести в белокаменную сказку владимиро-суздальского зодчества, заставив напрочь забыть о предстоящих экзаменах.

Приманенный на огонек всезнающий джин («бог странствий» Лев Карлосович Масиель Санчес) три дня не покладая рук (а вернее ног: километров по асфальту и бездорожью пройдено было не мало) учил нас премудростям сложной науки анализа архитектурных памятников. Не берусь сказать, насколько успешным оказался его титанически труд, но страшные слова «компартимент», «тромп», «скуфья» и «шелыга» (а также выговариваемое уже на второй день без запинки выражение «аркатурно-колончатый пояс») явно нас больше не испугают.

Программа поездки была обширной: Юрьев-Польский, Кидекша, Суздаль, Боголюбово, Владимир… Череда новых впечатлений - монастыри, церкви, соборы, луковки, маковки, «шатры», «дудочки» – казалась бесконечной и уже к вечеру первого дня грозила превратиться в голове в бесполезную мешанину (благое намерение преподавателей дать нам как можно больше знаний явно оборачивалось бедой…). Но, как оказалось, все уже было продумано, и выход найден - унять сумбур в голове были призваны вечерние лекции (честно говоря, я не знаю, кому из наших чародеев мы обязаны этой замечательной идеей, но если он/она вдруг прочитает эти строки, пусть знает: по крайней мере меня они просто спасли). А долгие ночные разговоры – результат крайнего либерализма преподавателей (впрочем, им и самим, скорее всего, было что обсудить: шедевры архитектуры они ведь как хорошая книга – перечитывать (читай - пересматривать) можно бесконечно) – помогали обмениваться впечатлениями. Как оказалось, у всех они были разными.


Единственным минусом поездки стали явно начавшие врать в конце третьего дня путешествия часы и календарь: они упорно настаивали на скором отъезде. Особенно острым неожиданно возникшее чувство горечи (так много не успели увидеть!) сделал гениальный финальный аккорд поездки-экскурсии: уезжать пришлось с центральной площади Владимира, оглядываясь на Дмитриевский и Успенский соборы, только-только увидев на расстоянии вытянутой руки знаменитые фрески Андрея Рублева.

В автобусе обычно спят, но на обратной дороге мне никак не удавалось уснуть: стояли перед глазами стояли перед глазами силуэты храмов, суровые лики апостолов византийских фресок Дмитриевского собора, улыбались резные львы, и светилось почти по южному звездное небо над Ризположенским монастырем (как мы жалели тогда, что не умеем различать созвездия: они были видны так ясно, словно над нами было не небо, а школьный астрономический атлас) ... Что-то здесь было не так, не верилось, что сказка так быстро закончилась...

Не прошло и дня, как выяснилось, что чутье меня не подвело (настоящие волшебники злыми не бывают!). Совсем скоро (как только зазеленеет трава) мы снова отправляемся в путь: нас ждут храмы Спаса Преображения в Острове, Знамения в Дубровицах, Новый Иерусалим и Троице-Сергиева лавра, а где-то в туманной дали уже маячат золотые шпили Петербурга...

Мастяева И.